Понятие «ГОРОД» в правовом государстве

В истинно цивилизованном государстве градостроительное законода­тельство является такой же непреложной правовой нормой, как и все дру­гие законодательные акты страны, направленные на реальную защиту прав и интересов граждан, удовлетворение их нужд и потребностей.

К сожалению, несмотря на то, что мы в нашей республике пытаемся пре­вратить декларативное понятие «правового государства» в реальную кате­горию, ситуация сегодня такова, что любое ведомство, организация, частное лицо могут беспрепятственно нарушать основные положения генераль­ного плана, проектов детальной планировки и не нести за это юридичес­кой ответственности. Раскопанные археологами города в Древнем Егип­те и Двуречье (современный Ирак), существовавшие за 20 веков (!) до на­шей эры, поражают нас идеально спланированной сеткой улиц и площадей, строгой классификацией и иерархией построек и четким функциональным зонированием территории. Более близкий пример: римские военные лаге­ря, на основе которых возникли такие современные города Европы как Кельн, Страсбург, Вена. А какие градостроительные ансамбли мы можем оставить нашим потомкам? В истинно демократически развивающихся го­сударствах понятие «градостроительное законодательство» и обязатель­ное подчинение его правилам является привычной нормой. Мало того, даже такие небольшие, с точки зрения территории, образования как сто­личные города имеют свой особый статус.

Для чего это нужно? Для того чтобы любой город и даже село имели свои законные права и могли гармонично развиваться в интересах людей. Сегодня местные органы управления не имеют власти, город монополизи­ровали десятки хозяев. Для ликвидации образа Алматы как города — промышленного гиганта и возвращения к городу-саду необходимо восполь­зоваться всем тем, чем располагает мировая градостроительная практика.

Например, столица Австрии — Вена имеет даже собственную конститу­цию, а столица США — Вашингтон, выделенная в федеральный округ Колум­бия, находится под юрисдикцией Конгресса. Иными словами, общепри­знанно, что любая столица — это город, имеющий особые отношения со всей страной… Власти Лондона, имеющего свой особый статус, добились уменьшения численности населения на 1,5 миллиона человек за счет заня­тия дешевой земли за пределами своего графства, где с помощью госу­дарства возникли предприятия с технологией XXI века, со строительством жилья и созданием условий для людей лучших, чем в Лондоне.

Эта государственная политика, располагая градостроительной доктри­ной, созданной тридцать с лишним лет назад всемирно известным урба­нистом Говардом, затем Аберкромби, в рамках которой возникли до вто­рой мировой войны города-сады, а затем города-спутники, сегодня обес­печивает успех в эффективном управлении развитием столицы Великобри­тании. Токио, где еще 10 лет назад на магистралях стояли полицейские с кислородным аппаратом, сегодня, с выводом из него 40% промпредприя­тий, стал одним из наиболее чистых городов в Азии. Даже управленчес­кие и иные функции, которые мы впихиваем в столицу, могут быть рассре­доточены по территории страны. Так, например, из двухсот федеральных ведомств бывшей ФРГ только двадцать шесть размещены в Бонне.

В Вашингтоне переместились в пригород такие правительственные уч­реждения, как Бюро стандартов, Комиссия по атомной энергии, Министерство военно-морского флота, Центральное разведывательное управление и многие другие. Умелая налоговая политика, дифференциация платы за городскую землю (очень дорого в центре и дешевле на окраинах), подго­товленная инженерная и транспортная инфраструктура способствовали деконцентрации населения по территории США, замедлению или полному пре­кращению роста большинства крупных городов и, наоборот, перетеканию населения в малые и средние города. Еще вчера у нас в стране количест­венный рост крупного города воспринимался как положительный факт (по­мните, как торжественно отмечали в Алматы рождение миллионного жите­ля?). Алматы оказался заложником недальновидной и крайне безответст­венной политики не только бывших союзных ведомств — на что мы любим, ссылаться,— но также и своих — республиканских и местных органов влас­ти. Проведем краткий ретроспективный анализ развития Алматы, тем более что не все горожане достаточно ясно это себе представляют.

Дореволюционный период не отличался особо бурным ростом. В со­ветское время пик роста численности населения совпал с началом стро­ительства железнодорожной линии Ташкент-Новосибирск и переезда в 1929 году столицы Казахстана из Кзыл-Орды в Алма-Ату.

Начиная с 1929 года, резко растет численность населения столицы. Так, в 1925 году численность населения составляла 45,9 тыс. чел.; в 1937 г. 197,4.; в 1939 г. — 230 тыс. чел. Город, находившийся до 1930 года на тер­ритории между реками Весновка и Малая Алматинка, в связи со своим рос­том и развитием промышленности стал осваивать земли к западу от реки Весновка. Говоря о промышленном строительстве в Алматы, следует под­черкнуть, что проблема регулирования размещения и строительства промпредприятий неоднократно ставилась градостроителями и не реша­лась в генпланах Алматы, начиная с 1936 года, приобретая все более ост­рый характер вопреки социальным приоритетам. Результат налицо — не­упорядоченное, хаотичное развитие промобразований и города в целом. Описание фабричных районов Петербурга, сделанное Ф.М.Достоевским, выглядит вполне приличным при взгляде на алматинские промзоны. Сре­ди причин, вызвавших сумгаитскую трагедию 1988 года, исследователи на­зывают и такие, как плохое физическое состояние промобъектов, антиэс­тетика, заборы и вечно дымящиеся трубы промпредприятий.

Из генплана в генплан требования градостроителей о сокращении стро­ительства новых промпредприятий, вывода вредных в экологическом плане заводов, цехов, автотранспортных и складских предприятий за черту го­рода не имеют успеха. Административные методы — это борьба с ветря­ными мельницами. И это характерно для всех крупных городов Содруже­ства Независимых Государств. По генплану 1988 года из Алматы намеча­лось вывести 123 промобъекта, хотя нет никаких оснований полагать, что подобные предложения будут реализованы.

Этому есть причины. Скажем так, что бывшие партийные и правитель­ственные грозные постановления работали неэффективно. Приведем некоторые из них: Постановление Совета Министров СССР N 346 01 20.05.70 г. «Об упорядочении строительства в сейсмических районах страны»; Постановление ЦК Компартии Казахстана и Совета Министров Казахской ССР от 6 июля 1981 года N 307 «О реализации Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 18 июля 1981 г. N 567 «Об ограничении промышленного строительства в крупных городах», Постановление ЦК Компартии Казахстана и Совета Министров Казахской ССР от 4 декабря 1985 г N443 «О дополнительных мерах по предотвращению загрязнения атмосферно го воздуха г. Алма-Аты»; Постановление Совета Министров Казахской ССР от 19 мая 1989 г.N163 «О мерах по снижению ущерба от возможных землетрясений в сейсмоопасных районах Казахской ССР и ликвидации их последствий». Можно сочинить еще десяток таких приказов с безрезультатным исходом.

При острейшем дефиците земли для необходимых городу объекте отдыха, спорта, здравоохранения бесплатное пользование землей привело к тому, что промзоны у нас занимают в среднем 45 кв.м. на одного жителя, по сравнению с 18-20 кв.м. в развитых странах. В Алматы совершен­но не используется подземное пространство, хотя к этому располагает сам уклон местности. Практическая разработка этой проблемы дала бы воз­можность разместить сотни автомашин в гаражах и на автостоянках, ор­ганизовать торговые комплексы и складские объекты, сэкономить, в конеч­ном итоге, ценнейшую городскую землю (В Нью-Йорке, например, земля в центре стоит 35 миллионов долларов за гектар, на периферии — миллион).

В будущем проекте развития такого крупнейшего города Казахстана должны быть четко установлены формы и размеры компенсации за поль­зование городской территорией и ее транспортом, электроэнергией и во­доснабжением, другими услугами. Необходимо определить главные и вто­ростепенные приоритеты в развитии народно-хозяйственного комплекса, размещая в первую очередь учреждения науки и подготовки кадров высо­кой квалификации, банки и другие финансовые структуры. Учитывая отно­сительно низкий социально-культурный потенциал Алматы, который не по­зволяет привлечь сюда в достаточном количестве иностранных туристов, необходимо ускоренными темпами начать строительство недорогих гости­ниц, ресторанов, специализированных магазинов, привлечь для этого ино­странный капитал на совместных паях.

Возрождающийся суверенитет республики, стабильная политическая ситуация, размещение Алматы на перекрестке важнейших воздушных и су­хопутных трасс между Азией и Европой, постепенная ориентация в разви­тии всесторонних связей с Китаем, Монголией, Турцией, Ираном, Афгани­станом, Индией, Пакистаном, странами Юго-Восточной Азии, Арабским Востоком (вспомним предложенную недавно Президентом Назарбаевым после поездки в Китай идею трансазиатской железнодорожной магистра­ли Пекин — Алматы — Стамбул) таят в себе огромные резервы получения республикой иностранной валюты, привлечения современной технологии, обретения бесценного опыта предпринимательства и знания основ совре­менного рынка. Опыт разработки градостроительных законов для Алматы можно было бы распространить и на ряд таких крупных казахстанских про­мышленных центров как Караганда, Шымкент, Павлодар и др., где имеют­ся аналогичные диспропорции НХК, только в меньших масштабах.

Относительно этих городов вполне приемлема идея рассредоточения управленческих функций республиканского масштаба по опыту той же Гер­мании. Почему бы не быть в Караганде — Темиртауском мощнейшем про­мышленном узле — центру управления угледобычей, черной и цветной ме­таллургией, геологией и машиностроением, в Шымкенте — Министерству химической промышленности, в Семипалатинске — Министерству легкой и пищевой промышленности, в Кзыл-Орде — мелиорации, в Акмоле — сель­ского хозяйства и т.д. Современные средства аудио и визуальной техни­ки позволят оперативно решать многие вопросы с центром и на больших расстояниях, а непосредственное знакомство с теми проблемами, которые были далеки от некоторых высоких кабинетов, станут ближе и понятнее.

Подобную политику можно было бы распространить, например, и на объекты здравоохранения, науки. Вместо многомесячных поисков терри­тории в Алматы для специализированных центров онкологии, туберкуле­за, детской гематологии и т.д. можно давно было бы решить эту пробле­му в некоторых областных центрах, где имеются соответствующая учеб­ная и научная база и квалифицированные кадры. Ранее малоизвестный об­ластной центр в России г. Курган стал всемирно знаменитым благодаря ус­пехам травматолога и ортопеда Г. Илизарова.

Таким образом, простым и эффективным путем мы поможем избавить от налета провинциальности наши областные центры, повысить их социаль­ный и культурный статус и тем самым обеспечить более гармоничное раз­витие Алматы в противовес сегодняшнему ее расползанию на фоне зеле­ных пригородов.

Нурбек АУЖАНОВ – Закон и время – 1/97

Предыдущая запись Пояса жизни Казахстана. Срединные территории Казахстана слишком дорого обходятся
Следующая запись ПОКА ГРОМ НЕ ГРЯНЕТ…

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *