ПОКА ГРОМ НЕ ГРЯНЕТ…

ЧЕЛОВЕК И ПОДЗЕМНАЯ СТИХИЯ

 

В который раз мы убеждаемся, что, несмотря на технический прогресс, последние достижения науки, человек выглядит бес­помощным перед силами природы.

Недавнее землетрясение в Японии с эпицентром в 7 баллов в городе-порту Кобе с населением почти в полтора миллиона жителей (почти как Алматы) вновь напомнило нам, что Алматинский сейсмический район относится к одним из активнейших на территории бывшего СССР.

Согласно обзорной карте сейсмического районирования территории СССР, в рай­оне Алматы возможно возникновение очагов землетрясения с магнитудой более восьми баллов по шкале Рихтера. Интен­сивная сейсмичность проявляется перио­дически. Так, в период с 1885 по 1911 годы здесь произошло несколько землетрясе­ний, в т.ч. Верненское (1887 г), и Кеминское (1911 г.) с магнитудами 7,3 и бо­лее 8 баллов, Чиликское (1889 г.) с магни­тудой 8,4, сказавшиеся на расстоянии 120 км в г. Верном с интенсивностью 7-8 баллов.

Учеными-сейсмологами, кроме балль­ности территории введена индексация 1, 2, 3, которая соответствует повторяемости расчетных землетрясений в 100, 1000 и 10000 лет.

Для Алматинского сейсмического рай­она индексация равняется 1, т.е. один раз в 100 лет. Это означает, что данный район уже на пороге сильных землетрясений и к ним надо готовиться (кстати, промежу­ток между сильными землетрясениями в Ленинакане составил 62 года). Но в достаточной ли степени мы готовы к этому?

Если признаться, то, конечно, — нет. Учебная тревога, проведенная в конце 1994 года штабом гражданской обороны г. Алматы в 5 часов утра лично мне показалась очередным мероприятием, чтобы поставить дежурную галочку для самоуспокоения, как городских властей, так и нас самих.

Никто не даст гарантии того, что при настоящей тревоге многие жители ее не проигнорируют.

Согласно отчету о научно-исследова­тельской работе «Разработка системы мер по страхованию застройки и функциональ­ного использования территории для жиз­необеспечения г. Алматы и Алматинской групповой системы расселения в экстре­мальных условиях (I этап)», выполненной институтом сейсмического строительства и архитектуры и институтом «Алматыгенплан» в 1990 г. (в его составлении участвовал и автор данной статьи), удель­ный вес сейсмостойких жилых домов составляет 15—16 процентов общего коли­чества жилых домов Алматы, в которых проживает 48 процентов жителей города. То есть более половины жителей Алматы проживает в сейсмоопасных зданиях, сей­смостойкость которых требует специаль­ной оценки после соответствующего об­следования.

Основная масса сейсмоопасных домов представляет собой 1—2-этажные здания ниже пр. Раимбека, в Малой станице и других районах города. Большинство из них построено с нарушениями норм сей­смостойкого строительства, с высокой степенью износа.

По данным проектных материалов 1984 года, в Алматы жилой фонд ниже пр. Раимбека по материалу стен распреде­лялся следующим образом: крупнопанель­ное и монолитное жилье — 5 процентов, кирпичное — 19,3 деревянное — 11,9 са­ман, камышит — 63,8 процента. Естес­твенно, эти данные за 10 лет существенно не изменились, а степень износа, скорее всего, увеличилась. В том же году в цен­тральной части города крупнопанельные, и монолитные дома составляли 37 про­центов, кирпичные — 50, деревянные — 2,0, саман, камышит — 10,4 процента. Бросается в глаза резкая разница, в нали­чии саманных и камышитовых домов. Вообще исторически, в планировочной структуре Алматы территории ниже пр. Раимбека всегда сильно проигрывали южной зоне города, как по экологии, так и по качеству жилья. Сюда же надо добавить и худшие горногеологические условия, то есть более высокую сей­смичность.

От землетрясения в г. Кобе (Япония) пострадали в основном ветхие деревянные и старые малоэтажные блочные дома. Все высотные здания — а в Кобе есть соору­жения и в 20, и в 40 этажей — и застройки последних 10—20 лет благополучно выс­тояли.

Анализ последствий разрушительных землетрясений в Петропавловске — Камчатском, Жамбыле, Бухаресте, Ленинакане показал, что неплохо переносят удар подземной стихии крупнопанельные дома.

Чем вызвана стойкость этих домов, в том числе девятиэтажных? Как говорят специалисты, одной из причин является многоячейковая структура системы с час­тым расположением несущих стен. В них даже повреждения в виде разрушений отдельных связей или элементов не вызы­вают обрушения здания.

Немаловажно и то, что масса крупнопа­нельных домов, по сравнению с каменны­ми, значительно меньше, что качество основных конструкций обеспечено услови­ями заводского изготовления, что панели пронизаны вертикальной и горизонталь­ной арматурой, повышающей сопротивле­ние стен.

Таким образом, хорошо уже то, что в Алматы многие живут в крупнопанель­ных домах.

Что же реально делается в городе для подготовки населения к сильному землет­рясению?

Новые жилые дома как в кирпичном, так и в крупнопанельном исполнении соору­жаются с соблюдением антисейсмических мероприятий. Однако, повторяю, более половины жителей Алматы проживает в несейсмостойких домах.

В основных положениях генерального плана Алматы (1989 г.) предусматрива­ется комплекс мероприятий по обеспечению безопасности проживания жителей. Это, прежде всего, снос несейсмостойкого жилья в зоне тектонических разломов, пересекающих город во всех направлениях и на территориях с сейсмичностью более 9 баллов в районе проспекта Раимбека и ниже до железнодорожной станции Алматы-1, Малой станицы. Этот жилой фонд наиболее беззащитен перед сильным землетрясением.

На следующем этапе необходимо отсе­ление людей из несейсмостойкого жил­фонда, расположенного на территории с девятибалльной сейсмичностью. В основ­ном он находится выше пр. Раимбека, и отдельные его пятна — в районе же­лезнодорожного вокзала Алматы I.

Мероприятий намечено много. Беспо­коит одно — нет реальных подвижек, по­тому что государство не находит на это денег.

Так, в постановлении Совета Министров Казахской ССР от 19 мая 1989 г. № 163 «О мерах по снижению ущерба от возможных землетрясений в сейсмоопасных районах Казахской ССР и ликвидации послед­ствий» предусматривается широкий ком­плекс мероприятий по безопасности про­живания вне сейсмостойком жилом фон­де, определены ответственные организа­ции, в том числе имелось в виду выделение материальных и финансовых ресурсов.

Однако истинного переживания власть предержащих за жизни тысяч алматинцев, проживающих в несейсмостойких домах, не чувствуется. Дежурные сигналы тре­воги здесь не в счет. В самом деле, средства на строительство различных дворцов, на бесчисленные поездки парла­ментариев и других за границу, покупку и содержание дорогих служебных инома­рок и т.д. находятся. А вот найти неболь­шую сумму на совершенствование сейсми­ческих датчиков не только в Алматинском сейсморайоне, но и по всему Южному Казахстану, наиболее подверженному риску сильнейших землетрясений и, как ни печально, с очень высокой плотностью населения, до сих пор не можем.

Почему наши городские власти не обратятся к положительному опыту мос­квичей, не пытаются понять, как мэру Ю. Лужкову удалось за 1994 год построить жилья в 2,5 раза больше, чем в 1991 году. Наверное, не только за счет придумывания бесчисленных дополнительных налогов, а скорее всего благодаря умелому распре­делению бюджета города, налоговым льго­там, привлекающим деньги потенциаль­ных инвесторов в строительный бизнес.

Видимо, надо шире использовать такую возможность, как выделение земли в прес­тижных районах города для строительства дорогостоящих особняков с единым под­рядчиком и заказчиком, что гарантирует соблюдение антисейсмических мероприя­тий. А полученные благодаря этому сред­ства направлять на строительство жилья для социально необеспеченных слоев населения.

Отсутствие полнокровного, а не ло­зунгового рынка привело к резкому сокра­щению выпуска продукции крупнейшего в Казахстане столичного домострои­тельного комбината, других предприятий стройиндустрии. Если в недавнем про­шлом ежегодные объемы жилищного строительства в Алматы достигали 600 тыс. м2 , то в 1994 году было введено в строй лишь 125 тыс. м2, в т.ч. 55 тыс. м2 — крупнопанельное домостроение.

Там, где отсутствует мощный подряд­чик, возникает стихийный «самострой», люди пытаются «дешево и сердито», с на­рушениями антисейсмических норм по­строить себе крышу над головой.

Коли крупнопанельное домостроение хорошо «держит» подземные толчки, не­обходимо, думаю, переориентировать часть продукции домостроительного ком­бината и завода КПД в п. Заречный близ г. Капчагая на малоэтажные дома, облада­ющие к тому лее высокой степенью сборки и отличающиеся дешевизной строитель­ства. Но для того, чтобы профинансиро­вать проектирование архитектурно — выра­зительных малоэтажных домов для раз­ных категорий населения, типов семей и даже природно-климатических условий, потребуется государственная поддержка. Немалые ресурсы нужны для переосна­стки технологических линий, изготовле­ния разнообразных пресс-форм и т.д.

В конечном счете, речь идет о безопасно­сти проживания тысяч людей не только в городе, но и в сельской местности. Вспомним Спитакское землетрясение 1988 года, когда первые спасатели, бросившись вытаскивать раненых и убитых из-под обломков домов города, забыли о сельских жителях, пострадавших вне меньшей сте­пени от природной стихии.

В сельской местности морально и физически устаревшая застройка по площади составляет значительную долю в общем жилом фонде населенных пунктов, распо­ложенных в сейсмических районах. Все это также усугубляется отсутствием до­лжного архитектурно-строительного кон­троля.

В творческом багаже наших проекти­ровщиков немало достойных внимания наработок, однако, они плохо внедряются в практику. Интерес, например, представ­ляют дома из объемных блоков типа «колпак», изготовляемых по технологии и на оборудовании, разработанных инсти­тутом «КазпромстройНИИпроект». Предлагаемая технология эффективна для малоэтажной застройки при индивиду­альном строительстве и строительстве «хозспособом». Преимуществом является относительно низкая стоимость капи­тальных вложений на создание подобной базы. Полигоны по изготовлению объем­ных блоков предлагалось создать на ряде предприятий стройиндустрии.

В стороне осталась проблема промыш­ленных предприятий, большая часть кото­рых построена 40-50 лет назад. Кто даст гарантию, что при сильных подземных толчках они не погребут под собой целые бригады и рабочие смены, как это прои­зошло в Ленинакане. Нам еще далеко до добросовестности и квалификации япон­ских строителей, благодаря чему в г. Кобе благополучно выстояли мощные заводские корпуса, в т.ч. с полным металлургическим циклом, сложной химией и электроникой.

Из генплана в генплан переходят у нас предложения градостроителей о выводе за черту города, ряда экологически вредных предприятий, в том числе взрыво- и пожа­роопасных, не работающих на столичный народнохозяйственный комплекс складов и баз, транспортных предприятий, а воз и ныне там.

Необходимы тщательный анализ струк­турной организации градообразующей базы города, сравнение ее с постановкой дел в других крупнейших городах. В столичном городе в перспективе все большую роль должны играть так называе­мые «четвертичные»* отрасли экономики, как наиболее высокоинформационные и исключительно динамичные в своем разви­тии. Это в первую очередь — наука, фи­нансы, управление и координация разви­тием народнохозяйственного комплекса, подготовка и обучение кадров, культура, отдых.

Преобразование Алматы в город со столичными функциями должно идти по пути Вашингтона, Бонна, Канберры, Вены. Китайские градостроители, например, в ге­неральном плане Пекина подчеркнули такую фразу, характеризующую облик столицы: «Пекин — это административ­ный, деловой и культурный центр страны». Нам к этому надо тоже прислушаться. Присмотреться. Говорят, нет худа без до­бра. Так, нынешнее тяжелое экономиче­ские положение, к счастью, приостановило исполнение многих «благих» пожеланий руководителей некоторых министерств и ведомств по расширению и реконструкции совершенно ненужных для столичного комплекса предприятий, в том числе сейсмонеустойчивых и людоемких. Будем надеяться, что будущее выздоровление нашей экономики будет идти параллельно со структурной перестройкой производ­ственной и социальной инфраструктуры столицы Казахстана.

Цель данной статьи заключается не в том, чтобы запугать людей, а в том, чтобы обнажить остро стоящую перед алматинцами проблему — реально суще­ствующую угрозу разрушения домострое­ний, гибели людей, вследствие предполага­емого землетрясения.

Давно, видимо, пора создать в Казахстане по примеру России, министерства по чрезвычайным ситуациям, наделив его самыми широкими полномочиями, мощ­ной материальной и финансовой базой. Одной из первых задач этого министерства была бы немедленная реализация перво­очередных мероприятий вышеупомяну­того постановления № 163 от 19 мая 1989 года.

* «Первичные» отрасли — сельское хо­зяйство и добывающая промышленность. «Вторичные» — обрабатывающая    про­мышленность и строительство.

«Третичные» — транспорт, связь, тор­говля, общепит, бытовое обслуживание, здравоохранение.

Н. Аужанов – журнал «Казахстан: экономика и жизнь»

№ 6, 1995 г. (стр. 71-74)

Предыдущая запись Понятие «ГОРОД» в правовом государстве
Следующая запись ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ МАЛОЭТАЖНОГО ЖИЛЬЯ В АЛМАТЫ

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *